Заехать могут на чай и по роже.©
о: Луне, Тыкве и Рёбрах.
О: Луне.
Это было в одном из бесчисленных поездов по самому избитому направлению, по которому можно только путешествовать с 1703 года. Некоторые даты вбились вместе с историей архитектуры на подкорку головного мозга и навсегда застрянут там. Только если по их душу не придёт что-то вроде рассеянного склероза.
Наконец эта поездка проходила не на боковой-верхней, а вполне себе нижней-основной. Обрадовало это в большинстве своём Луной. Оказывается, что в ночное время именно с этих мест её удобнее всего разглядывать и пытаться общаться с ней. По сути своей это напоминало разговор глухого со слепым. Но и впервые больше чем за полгода этот диалог состоялся.
Корявый, странный, постоянно прерываемый бегом между собеседниками веток и фонарей, диалог. Да, фонари прерывают это общение хуже, потому что слепят. Не так сильно мешают и облака, потому что продолжаешь видеть волшебный свет, а значит можешь что-то передать.
Суть этого несуразного общения, вызванного невозможностью заснуть, заключается примерно в тех же вещах, которые уже обсуждались по несколько раз. О том же была и сказка. Про Луну.
И про расстояние между Луной и всем остальным. Хоть люди и воспевают одно из самых сильных чувств с завидной регулярностью на протяжении многих-долгих-беспросветных лет…сколько людей на самом деле что-то нашло и смогло передать хотя бы крупицу этого в реальный мир.
Скольким удалось протащить хотя бы один холодный луч, той самой, что так далеко, что не дотянуться и сберечь его. Причём сберечь не просто так, не законсервировать и любоваться им, а позволять жить рядом с собой, чтобы в самые лунные ночи ловить этот прекрасный свет ещё сильнее.
Это даже не задача, а работа длиною в жизнь. Работа по поиску того самого случайного окна, в которое ты как всегда случайно можешь выхватить свой луч. Путь к этому всему обычно слишком заковыристый, чтобы пройти его за один раз и самой верной дорогой, поэтому всех ждёт долгое и упорное движение по лунным кругам. Это движение неизбежно, как сама жизнь.
Единственное, что можно улавливать - это его силу и направление, чтобы следовать за ним. Задерживать потоки того, что помогут твоему персональному лунному кораблю подняться ещё чуточку выше, мы ведь растём всю жизнь и даже за Луной мы тянемся, пытаясь догнать её. Такие вот глупые люди, всегда тянутся туда, куда не надо и даже за обычным холодным светом.
А этот свет…ледяной, отдающий морозом, который проходит такое огромное расстояние, чтобы иметь возможность всё-таки осветить хоть какую-то часть пути.
Часть пути.
Остаётся только ощущения части пути, пути, от которого невозможно отказаться. Части пути под застывшим густым воздухом, через которые очень сложно сделать первый шаг.
НО только первый шаг.
1.
О: Тыкве.
Внезапно обретённая в магазине тыква, которая обратила внимание на бутылку.
Звучит почти, как выдумка, но иногда в жизнь приходит такое, на что невозможно смотреть спокойно.
Достаточно долго перед этой историей иногда передо мной проплывал один эскиз, который не давал покоя своими возможными цветами. И вот, когда душа решила, что готова сдвинуться с мёртвой точки и подарить этой истории цвет, получилось так, что именно во влюблённость Тыквы и бутылки перетекло хотя бы частично то…
История: была Тыква, на одном натюрморте она встретилась с бутылкой. Сначала у тыква вся пыжилась и краснела, как ей нравилась бутылка. А потом у бутылки загорелся огонёк.
Всё, дальше история скрывается для этой парочки, но самые дотошные могут и придумать.
Уже больше полугода ищет выход одна история и она его частично нашла. Эта история правда не про ту красноту, а про другое, но суть у них одна. Внезапность и возможность поделиться этим со всеми в любой форме.
В той форме, в которой тебя внезапно понимают. Когда форма и «краснота» говорят сами за себя, сообщая, что это пришло к тебе не просто так, а в нужный и идеально выверенный момент.
Даже, если ты бутылка, которая стоит вверх дном, к которому скатилось и стараешься держать баланс на тонюсеньком горлышке.
2.
О: Рёбрах.
Есть грусть, но она не мешает жить. Грусть может быть и доброй, и пинающей, и нагнетающей, и абсолютно любой. Но есть у неё подруга, тоска, которая откликается опустившимися руками и болью в рёбрах.
Красивая наверно картина, когда от тоски дышать не можешь нормально. Звучит это очень ярко. Возможно такие эмоции, вызывающие сломанные духовно рёбра должны существовать только для того, чтобы иметь возможность разламывать людей на части и вкладывать в них что-то новое.
Нет, это не самый плохой способ, который может выбрать жизнь, обычно она настолько груба, что остаётся только надеяться на то, что выживешь.
А тут: несколько аккуратно сломанных костей, выживет любой.
Главное, было бы зачем изгонять из межрёберного пространства тоску, чтобы всё срослось нормально. Самое сложное всегда признать, что тебе есть зачем. И неважно, что твоё «зачем» не стыкуется с другими. Оно и не должно, оно ведь испито, как вода.
А может быть и не испито, просто ты видишь и чувствуешь это так. Иногда в такие моменты важны какие-то тайные уголки, в которые ты можешь глянуть, чтобы понять откуда же вся эта тоска выросла.
В настоящий момент это книга, сама по себе на удивление светлая и интересная, она заставляет схлопываться до боли вздоха, чтобы напомнить, что когда-то ты читал эту книгу при других обстоятельствах и тогда ничего не болело.
3.

@темы: Как я дожил до 150 лет